Государственный ВЭБ-фонд не был сформирован и не управлялся предусмотренным в решении Рийгикогу способом

ТАЛЛИНН, 12 июня 2014 г. – Госконтроль в ходе своего аудита обнаружил, что решение Рийгикогу от 1993 года о формировании Государственного ВЭБ-фонда не было выполнено надлежащим образом, поскольку в деятельности Банка Эстонии и управляемого им ВЭБ-фонда были замечены существенные недостатки как при формировании фонда, ведении регистра требований, так и организации управления фондом. Фонду не удалось выполнить возложенной на него Рийгикогу задачи по поиску решений для получения замороженных денег, хотя на государственном уровне работа для этого проводилась. На основании сохранившихся документов невозможно установить, кто и по каким принципам выбирал вкладчиков, требования которых были переведены в ВЭБ-фонд, и возмещения чьих требований Эстонское государство на себя не взяло.

Госконтроль согласен с оценкой внутреннего аудита Банка Эстонии, что отправленное Банком Эстонии официальное письмо с ложными сведениями, позволившее российскому предприятию TSL International получить при содействии государства из Внешэкономбанка СССР 32,3 миллиона долларов США, замороженных на корреспондентских счетах эстонских банков, было составлено в ходе запланированной деятельности, то есть предумышленно. В ходе аудита Государственного контроля не выяснилось, было ли в Банке Эстонии составлено письмо с ложными сведениями. Об этом якобы не помнят и интервьюируемые причастные к делу лица.

Информация по теме

Поскольку связанные с ВЭБ-фондом события начались более 20 назад, то Государственный контроль исходил из принципа, что происходившее следует анализировать в контексте событий тех лет. Следует также учитывать ситуацию с банковским делом Эстонии непосредственно до и после восстановления независимости, а также условия, в которых принимали решения главы Эстонского государства и банков.

13.01.1992 года Президиум Верховного совета Российской Федерации принял решение относительно Внешэкономбанка СССР (далее ВЭБ), касающееся преемственности банковской системы, ее упорядочения, обслуживания внешнего долга бывшего СССР в ВЭБ и т. п. Решением было приостановлено/заморожено использование валюты предприятий, организаций, учреждений и банков, хранящейся в ВЭБ по состоянию на 31.12.1991 г. Одновременно были установлены дополнительные условия в отношении той валюты, которая должна была поступать начиная с 1992 года за сделки, заключенные в 1991 году.
Поскольку два коммерческих банка Эстонии – Управление внешними операциями Банка Эстонии (далее УВО, с весны 1992 г. на его базе был создан принадлежащий Банку Эстонии государственный коммерческий банк Põhja-Eesti Aktsiapank, далее PEAP) и Balti Ühispank (Union Baltic Bank, далее UBB) имели корреспондентские счета в ВЭБ, то решение России очень повлияло и на банковское дело Эстонии.

Продолжение обычной экономической деятельности и исполнение платежных поручений вкладчиков в ситуации, когда значительная часть денег банков была заморожена в России, привело два тесно связанных с внешней торговлей банка к финансовым затруднениям. Осенью 1992 года совет Банка Эстонии установил для PEAP и UBB мораторий в связи с проблемами ликвидности. Неплатежеспособность банков грозила крахом всему банковскому сектору Эстонии и падению доверия к эстонской кроне, находившейся в обращении всего полгода.
20.01.1993 г. Рийгикогу принял решение «Счета банков Эстонии, замороженные во Внешэкономбанке СССР», по которому был создан Государственный ВЭБ-фонд. В ВЭБ-фонде нужно было в качестве требования к ВЭБ сосредоточить замороженную иностранную валюту двух эстонских банков в размере 890,5 миллиона крон, в том числе 533,5 миллиона крон денег вкладчиков и 357 миллионов крон собственных денег банков.
Согласно решению, ВЭБ-фонд должен был выдать юридическим и физическим лицам сертификаты, подтверждающие, что их собственник имеет право на замороженные в России деньги, если их удастся получить. Эстонское государство не взяло на себя обязательство выплаты замороженных денег. По сути, целью создания ВЭБ-фонда было восстановление платежеспособности двух банков, чтобы не допустить возможного падения доверия к эстонскому банковскому сектору и кроне. Управляющим ВЭБ-фонда был назначен Банк Эстонии. Главной задачей ВЭБ-фонда было найти решения для удовлетворения сосредоточенных в ВЭБ-фонде требований.

Важнейшие заключения аудита Госконтроля:

Предоставленная Рийгикогу информация относительно общей суммы замороженных в ВЭБ денег была корректной (по состоянию на 17. 11.1992 г.), однако обстоятельства распределения этой суммы между вкладчиками и самими банками неясны. Неизвестно, каким образом в пояснительной записке к решению Рийгикогу пришли к такому распределению, что в ВЭБ были заморожены 533,5 миллиона крон денег вкладчиков и 357 миллионов крон денег банков. Большинство из сохранившихся в архиве документов не поддерживают распределения, представленного в пояснительной записке к решению Рийгикогу. Поскольку ВЭБ заморозил счета двух эстонских банков, а не расчетные счета их вкладчиков (клиенты эстонских банков не являлись клиентами ВЭБ), то разделение замороженных 890,5 миллиона крон между вкладчиками и самими банками было искусственным и не соответствовало сути корреспондентского банковского дела (как по прошлым, так и по нынешним меркам).

В исполнении решения Рийгикогу Банком Эстонии и ВЭБ-фондом имеются существенные недостатки. На основании сохранившихся документов невозможно установить, кто и по каким принципам выбирал лиц, требования которых были переведены в ВЭБ-фонд, и когда фактически был создан регистр сертификатов ВЭБ-фонда. Согласно решению Рийгикогу, назначенный управляющим ВЭБ-фондом Банк Эстонии должен был выяснить вкладчиков двух банков, чьи деньги связаны с замороженными в ВЭБ счетами, и обеспечить, чтобы для учета выданных собственникам требований сертификатов ВЭБ-фонда был создан корректный регистр. На основании сохранившихся документов невозможно установить, кто и по каким принципам выбирал вкладчиков, требования которых были переведены в VEB-фонд, и возмещения чьих требований Эстонское государство на себя не взяло. Первый известный официальный регистр был составлен по состоянию на 31.05.1995 г., то есть спустя несколько лет после принятия соответствующего решения Рийгикогу. Анализ Госконтроля показал, что в регистр сертификатов ВЭБ-фонда было перечислено на 26 миллионов крон требований вкладчиков больше, чем было предусмотрено решением Рийгикогу.
Хотя согласно решению Рийгикогу ВЭБ-фонд должен был в течение шести месяцев после принятия решения (не позднее июля 1993 г.) созвать общее собрание собственников сертификатов, чтобы собственники требований выбрали правление фонда, ВЭБ-фонд исполнил решение Рийгикогу лишь спустя семь лет. Общее собрание собственников требований ВЭБ-фонда было созвано лишь в июне 2000 г. после того, как Таллиннский городской суд в 1997 году удовлетворил соответствующее требование кредиторов ВЭБ-фонда и в 1999 году наложил на Банк Эстонии и реорганизованный в целевой фонд ВЭБ-фонд денежный штраф за неисполнение решения суда.

Бухгалтерия ВЭБ-фонда признана некорректной. Баланс ВЭБ-фонда был приведен в математическое соответствие с ежегодным уведомлением о сальдо ВЭБ. Поскольку около 40% требований были перечислены в ВЭБ-фонд в эстонских кронах, хотя в ВЭБ эстонские кроны не были заморожены, то в связи с колебанием валютных курсов сумма требований ВЭБ-фонда и остаток замороженных в ВЭБ денег не совпали.

С сертификатами ВЭБ-фонда совершены неясные сделки. Госконтроль установил, что объем регистра был уменьшен при неизвестных обстоятельствах на 9,8 миллиона и увеличен на 9,4 миллиона эстонских крон. 92% совершенных при неизвестных обстоятельствах сделок совершил принадлежавший Банку Эстонии и государству держатель регистра Põhja-Eesti Pank (PEP). Например, PEP продал предприятию, связанному с коммерческим объединением TSL International, сертификаты на сумму один миллион долларов США, которых у него на самом деле не было. Из этого следует, что надзор Банка Эстонии за ведением ВЭБ-регистра в качестве утвержденного Рийгикогу управляющего ВЭБ-фондом был недостаточным.

Предприятие TSL International получило от ВЭБ 32,3 миллиона долларов США, замороженных на корреспондентских счетах эстонских банков, при содействии Эстонского государства. Предпосылки для получения компенсации создало отправленное в апреле 1995 года Банком Эстонии официальное письмо с ложными сведениями. В ходе аудита не выяснилось, кто составил письмо с ложными сведениями. Сохранившееся в архиве первоначальное письмо было составлено с верными данными, однако позднее было изменено. Госконтроль согласен с оценкой внутреннего аудита Банка Эстонии, что письмо с ложными данными было составлено предумышленно. Госконтроль считает, что составитель(и) письма (или организатор(ы) его составления должен был (должны были) быть в апреле 1995 года уверены, что TSL International удастся впоследствии приобрести сертификаты Правительства Республики и Банка Эстонии. Госконтролю неизвестно, получили ли лица, содействующие с эстонской стороны получению денег TSL International, от этого выгоду.
У Госконтроля отсутствуют доказательства, что государству был причинен денежный ущерб в связи с составлением письма с ложными сведениями. В то же время, отправлением письма Банк Эстонии взял на государство большой финансовый риск. Письмо дало TSL International право потребовать себе около половины замороженных в ВЭБ денег. Если бы Россия решила освободить деньги и TSL International не купило бы сертификаты, то письмо дало бы России право не компенсировать Эстонии около половины замороженных денег.
Причина, почему TSL International купило сертификаты после отправленного Банком Эстонии письма с ложными сведениями, по оценке Госконтроля, могла заключаться в том, что лицо или лица, которые участвовали в составлении письма Банка Эстонии с ложными сведениями и спланировали всю схему TSL International, должны были не допустить, чтобы остаток замороженных в ВЭБ денег уменьшился вдвое (32,3 миллиона долларов США), но объем ВЭБ-фонда при этом не уменьшился бы. Если бы Россия решила в какой-то момент освободить находящиеся в ВЭБ деньги, то денег всем собственникам сертификатов не хватило бы, и ни Банк Эстонии, ни ВЭБ-фонд не могли бы ничем объяснить случившееся.

Кроме того, в результате аудита выяснилось, что около 80% замороженных в ВЭБ 890,5 миллиона крон накопились на счетах эстонских банков после замораживания в 1992 году. По состоянию на 01.01.1992 г., когда ВЭБ заморозил деньги, на счетах обоих банков в ВЭБ находилась валюта на общую сумму 176,5 миллиона эстонских крон (по курсу денежной реформы 20.06.1992 г., так как 01.01.1992 г. эстонской кроны еще не было). Иными словами, когда ВЭБ заблокировал имеющиеся на счетах эстонских банков деньги, то у UBB и PEAP было в ВЭБ в пять раз меньше денег, чем в итоге было заблокировано.

Выяснилось также, что замораживание счетов не означало полного прекращения поступлений и выплат. На счета двух эстонских банков в ВЭБ поступило после замораживания в течение 1992 года не менее 59,9 миллиона долларов США и было выплачено 14,3 миллиона долларов США (здесь приведены поступления и выплаты долларов США, поскольку они составляли большинство валютных вкладов банков). Госконтролю неизвестно, на каких условиях ВЭБ допускал выплаты с блокированных счетов.

* * *

Ответы на важнейшие вопросы

Заморозил ли ВЭБ 01.01.1992 года одновременно валютные вклады двух эстонских коммерческих банков в размере 890,5 миллиона крон?
Нет, по состоянию на 01.01.1992 г., когда ВЭБ заморозил деньги Balti Ühispank (далее UBB) и Управления внешними операциями Банка Эстонии (далее УВО), на счетах обоих банков в ВЭБ находилась валюта на общую сумму 176,5 миллиона эстонских крон (по курсу денежной реформы 20.06.1992 г., так как 01.01.1992 г. эстонской кроны еще не было). Большинство, то есть около 80% замороженных в ВЭБ денег накопилось на счетах эстонских банков после замораживания в 1992 году. 890,5 миллиона крон (точнее, 890,6 миллиона крон, но в целях однообразия в отчете в дальнейшем используется сумма 890,5 миллиона крон, которая указана в пояснительной записке к решению Рийгикогу от 20.01.1993 г.) преемника UBB и VOV Põhja-Eesti Aktsiapank (далее PEAP) были заблокированы в ВЭБ по состоянию на 17.11.1992 г. В день принятия решения Рийгикогу у эстонских банков было заблокировано в ВЭБ 845 миллионов крон (замороженная общая сумма уменьшилась в связи с обратным перечислением на счет PEAP 3 634 000 долларов США по распоряжению ВЭБ 27.11.1992 г.).

Были ли произведены перечисления со счетов эстонских банков после замораживания в ВЭБ?

Да, на счета двух эстонских банков в ВЭБ поступило после замораживания в течение 1992 года не менее 59,9 миллиона долларов США и было выплачено 14,3 миллиона долларов США (здесь приведены поступления и выплаты долларов США, поскольку они составляли большинство валютных вкладов банков). Госконтролю неизвестно, на каких условиях ВЭБ допускал выплаты с блокированных счетов. Поступления на находящиеся в ВЭБ счета UBB и VOV (PEAP) ВЭБ, как правило, не ограничивал.

Замораживал ли ВЭБ расчетные счета вкладчиков UBB и VOV (PEAP)?

Нет, ВЭБ не замораживал расчетные счета вкладчиков UBB и VOV (PEAP). ВЭБ заморозил два корреспондентских счета UBB и два корреспондентских счета VOV (PEAP). У вкладчиков BB и VOV (PUEAP) были расчетные счета в банках UBB и VOV, а не в ВЭБ.

Было ли создание ВЭБ-фонда единственной возможностью, которая рассматривалась для решения проблемы замороженных в ВЭБ денег?

Нет, создание ВЭБ-фонда было одной из шести возможностей, которые Банк Эстонии рассматривал для решения проблемы. На утверждение в Рийгикогу было решено представить идею создания ВЭБ-фонда, которую поддержало и Правительство Республики. Создание ВЭБ-фонда было единственным планом действий, который обсуждался в Рийгикогу, другие альтернативы в Рийгикогу не представлялись и не взвешивались.

Применялось ли при создании ВЭБ-фонда к вкладчикам эстонских банков равное обращение?

Не применялось. Некоторые клиенты банков, чьи перечисления на счетах UBB и VOV (PEAP) производились через ВЭБ, после замораживания в 1992 году могли выбрать или перевести свои деньги из UBB или VOV (PEAP). Другие клиенты, чьи деньги двигались через ВЭБ, остались без своих денег, поскольку их требования были переведены в ВЭБ-фонд.

Не было ли целью создания ВЭБ-фонда освобождение замороженных в ВЭБ денег?

Нет, главной целью создания ВЭБ-фонда было восстановление платежеспособности UBB и PEAP, чтобы не допустить падения доверия к эстонскому банковскому сектору и кроне. Для этого в пояснительной записке к решению Рийгикогу замороженные 890,5 миллиона крон были разделены на две части: 533,5 миллиона – деньги вкладчиков банков и 357 миллионов – т. н. собственные деньги банков. Государство возместило UBB и PEAP замороженные суммы в деньгах и государственных облигациях. Вкладчикам государство замороженные деньги не компенсировало, они были перечислены в ВЭБ-фонд, то есть отняли у вкладчиков возможность требовать свои деньги у UBB или PEAP. Таким образом, была достигнута главная цель – восстановить ликвидность банков и стабилизировать банковскую систему Эстонии. Решение в пользу создания ВЭБ-фонда было принято по той причине, что сразу после восстановления независимости у государства было очень мало денег, и схема ВЭБ-фонда была самым дешевым из всех рассмотренных способов спасти банки.

Было ли распределение, указанное в пояснительной записке к решению Рийгикогу – 533,5 миллиона крон замороженных в ВЭБ денег вкладчиков банков и 357 миллионов крон собственных денег банков – корректным?

Неизвестно, каким образом в пояснительной записке к решению Рийгикогу пришли к такому разделению, что в ВЭБ были заморожены 533,5 миллиона крон денег вкладчиков и 357 миллионов крон собственных денег банков UBB и PEAP. Несмотря на то, что решение Рийгикогу предусматривало, что сначала нужно выяснить, в каком объеме ВЭБ заблокировал вклады клиентов UBB и PEAP, а затем, сколько заблокировано денег самих банков, это разделение уже было указано в пояснительной записке. Среди сохранившихся материалов имеются документы, по-разному оценивающие, сколько денег UBB и PEAP после замораживания счетов выплатили вкладчикам через ВЭБ. С информацией, представленной в пояснительной записке к решению Рийгикогу, совпадают отдельные источники. Согласно большинству документов, банки выплатили своим вкладчикам денег больше, чем указано в пояснительной записке к решению Рийгикогу.

Были ли 357 миллионов крон, замороженных в ВЭБ, собственными деньгами банков?

Нет, в ВЭБ не были заморожены собственные деньги банков. В схеме ВЭБ-фонда замороженными деньгами банков были названы деньги, которые UBB и VOV (PEAP) после замораживания выплатили своим вкладчикам, которые вели расчет через ВЭБ, за счет вкладов других клиентов и взятых самими банками займов.

Кто и на каком основании выбрал переведенные в ВЭБ-фонд требования?

На основании сохранившихся документов невозможно установить, кто и по каким принципам выбирал лиц, требования которых были переведены в ВЭБ-фонд. Об этом якобы не помнят и интервьюируемые причастные к делу лица. Хотя, согласно решению Рийгикогу, назначенный управляющим ВЭБ-фондом Банк Эстонии должен был выяснить вкладчиков UBB и VOV (PEAP), чьи деньги связаны с замороженными в ВЭБ счетами, не существует доказательств, что Банк Эстонии установил, исходя из каких сведений и критериев выбирались вкладчики UBB и PEAP, чьи деньги были переведены в качестве требований в ВЭБ-фонд.

Когда был создан официальный ВЭБ-регистр, и кто являлся держателем регистра?

На основании сохранившихся документов невозможно установить, когда, кто и по каким принципам создал ВЭБ-регистр. Об этом якобы не помнят и интервьюируемые причастные к делу лица. Задачей Банка Эстонии как управляющего ВЭБ-фондом было обеспечить, чтобы для ведения учета выданных собственникам требований сертификатов ВЭБ-фонда был создан корректный регистр. Первый известный официальный регистр создан по состоянию на 31.05.1995 г. Его выдал Банк Эстонии в связи с предъявленным собственниками сертификатов ВЭБ-фонда иском и судебным производством.

Было ли в ВЭБ-регистр переведено такое же количество требований вкладчиков банков, как было указано в пояснительной записке к решению Рийгикогу?

Нет, анализ Госконтроля показал, что в регистр сертификатов ВЭБ-фонда было перечислено на 26 миллионов крон требований вкладчиков UBB и PEAP больше, чем было предусмотрено решением Рийгикогу.

Признана ли бухгалтерия ВЭБ-фонда корректной?

Нет, бухгалтерия ВЭБ-фонда признана некорректной. Баланс ВЭБ-фонда был приведен в математическое соответствие с ежегодным уведомлением о сальдо ВЭБ. Поскольку около 40% требований были перечислены в ВЭБ-фонд в эстонских кронах, хотя в ВЭБ эстонские кроны не были заморожены, то в связи с колебанием валютных курсов сумма требований ВЭБ-фонда и остаток замороженных в ВЭБ денег не совпали. Эта разница не указана в бухгалтерии в виде прибыли или убытка, на величину этой разницы была математически увеличена или уменьшена в балансе строка «Заморожены на счетах клиентов».

Были ли совершены с сертификатами ВЭБ-фонда неясные сделки?

Да, в отношении некоторых сделок неизвестно, при каких обстоятельствах требования были переведены в ВЭБ-регистр или выведены оттуда. Госконтроль установил, что объем регистра был уменьшен при неизвестных обстоятельствах на 9,8 миллиона и увеличен на 9,4 миллиона эстонских крон. 92% совершенных при неизвестных обстоятельствах сделок совершил держатель регистра Põhja-Eesti Pank (PEP). Например, PEP продал предприятию, связанному с коммерческим объединением TSL International, сертификаты на сумму один миллион долларов США, которых у него на самом деле не было. Из этого следует, что надзор Банка Эстонии за ведением ВЭБ-регистра в качестве утвержденного Рийгикогу управляющего ВЭБ-фондом был недостаточным.

Удалось ли ВЭБ-фонду исполнить поставленную перед ним Рийгикогу главную цель найти решений для удовлетворения требований лиц в отношении замороженных в ВЭБ счетов?

Нет, несмотря на то, что делегации Эстонской Республики и Российской Федерации десятки раз встречались для переговоров, к освобождению замороженных денег прийти не удалось. Большинство лиц, находившиеся в банках UBB и VOV (PEAP) деньги которых были переведены в ВЭБ-фонд, остались без компенсации. Кроме TSL International, который получил из ВЭБ облигации (и деньги) Российской Федерации в размере около половины объема ВЭБ-фонда, вывести из ВЭБ сколько-нибудь значительную сумму денег удалось еще пяти юридическим лицам. В марте 1999 года ВЭБ-фонд был реорганизован в целевой фонд. Целевой фонд ВЭБ ликвидирован в мае 2014 г.

Были ли заблокированы у TSL International в ВЭБ 32,3 миллиона долларов США?

Нет, у TSL International было заблокировано в ВЭБ 914 817 долларов США, ошибочно перечисленных предприятию. В апреле 1992 года на находившийся в банке UBB счет TSL International по ошибке было перечислено 3,5 миллиона долларов США. Предприятие деньги не вернуло, а перечислило из них 2,5 миллиона другому предприятию. К ноябрю 1992 г., когда для UBB и PEAP был установлен мораторий, на счете TSL International оставалось менее 1 миллиона долларов США. Эта сумма была в качестве требования перечислена в ВЭБ-фонд, в августе 1994 г. TSL International уступило требование предприятию United Russian Finance, имевшему того же собственника. В апреле 1995 г., когда из Банка Эстонии было отправлено в ВЭБ подтверждение, что у TSL International были заморожены 32,3 миллиона долларов США, у предприятия фактически не было сертификатов ВЭБ-фонда.

Получило ли TSL International из ВЭБ 32,3 миллиона долларов США?

Да, материалы подтверждают, что TSL International получило из ВЭБ компенсацию в размере полной суммы, то есть 32,3 миллиона долларов США. Доказательственный материал подтверждает, что на сумму 11,8 миллиона долларов США TSL International были получены из ВЭБ облигации Российской Федерации. Остальная сумма в размере 20,5 миллиона долларов США была по желанию TSL International перечислена из ВЭБ в Санкт-Петербургский Внешторгбанк, откуда ее можно было получить в деньгах или облигациях.

Помогало ли Эстонское государство TSL International в получении денег?

Да, без письма Банка Эстонии с ложными сведениями и составленного РЕР платежного поручения, по которым ВЭБ было отдано распоряжение/согласие на совершение перечислений TSL International, предприятие не получило бы из ВЭБ облигаций (и денег) Российской Федерации. Письмо Банка Эстонии создало предпосылки для того, чтобы TSL International смогло когда-нибудь получить 32,3 миллиона долларов США. Если бы Банк Эстонии в апреле 1995 года представил в ВЭБ корректные сведения, то есть не включил бы TSL International в список предприятий, деньги которых заморожены в России, то не появилось бы оснований для дальнейших событий. В то же время, для получения денег было недостаточно только письма Банка Эстонии и платежного поручения РЕР. Для совершения перечисления нужно было также согласие Министерства финансов России.

Кто составил отправленное из Банка Эстонии 05.04.1995 г. в ВЭБ письмо с ложными сведениями?

В ходе аудита не выяснилось, кто составил письмо с ложными сведениями, позволившее TSL International получить в ВЭБ 32,3 миллиона долларов США. Сохранившееся в архиве первоначальное письмо было составлено с верными данными, однако позднее было изменено. Это говорит о том, что составление письма было преднамеренным действием, и составитель(и) письма (или организатор(ы) его составления) должен был (должны были) быть в апреле 1995 года уверены, что TSL International удастся впоследствии приобрести сертификаты Правительства Республики и Банка Эстонии. TSL International приобрело принадлежавшие Банку Эстонии и правительству сертификаты ВЭБ-фонда через Eesti Ühispank в 1997–1998 гг. Государственному контролю неизвестно, получили ли от этого выгоду лица, содействующие с эстонской стороны получению TSL International денег.

Был ли Эстонскому государству причинен денежный ущерб в связи с составлением и отправкой в ВЭБ письма с ложными сведениями?

По оценке Госконтроля, отсутствуют доказательства того, что государству был причинен денежный ущерб в связи с составлением письма с ложными сведениями. В то же время, отправлением письма Банк Эстонии взял на государство большой финансовый риск. Письмо дало TSL International право потребовать себе около половины замороженных в ВЭБ денег. Если бы Россия решила освободить деньги и TSL International не купило бы сертификаты, то письмо дало бы России право не компенсировать Эстонии около половины замороженных денег.

* * *

Госконтроль оценил, было ли исполнено надлежащим образом решение Рийгикогу «Замороженные во Внешэкономбанке СССР счета эстонских банков» от 20.01.1993 г. и основывалось ли решение на корректной информации. Госконтроль также выяснил, представлены ли общественности все известные существенные обстоятельства, касающиеся составленного в 1995 году в Банке Эстонии письма, которое помогло спустя несколько лет получить российскому коммерческому объединению TSL International в ВЭБ облигации (и деньги) Российской Федерации на сумму 32,3 миллиона долларов США.

При составлении оценок Госконтроль опирался на материалы, сохранившиеся в архивах Банка Эстонии, банка SEB и государственных учреждениях. Представитель Госконтроля участвовал в организованных следственной комиссией Рийгикогу по делу ВЭБ-фонда интервью с причастными к делу лицами.

Текст отчета по аудиту Госконтроля вместе с приложениями доступен на сайте www.riigikontroll.ee.

Тоомас Маттсон
Руководитель коммуникационной службы Госконтроля
+372 640 0777
+372 513 4900
toomas.mattson@riigikontroll.ee
press@riigikontroll.ee
www.riigikontroll.ee
www.facebook.com/riigikontroll
www.twitter.com/riigikontroll

  • Размещено 12.06.2014 9:00
  • Дата последнего изменения: 15.08.2015 23:59
  • Последний прoсмотр: 15.08.2015 23:59

Государственный ВЭБ-фонд не был сформирован и не управлялся предусмотренным в решении Рийгикогу способом

Госконтроль

Дополнительные материалы

Документы

Остальные новости: